Eng Rus

Hermitage Fine Art рад представить эксклюзивное интервью с легендой спортивной фотографии Львом Бородулиным и первым советским фешн-фотографом Александром Бородулиным.

В интервью с аукционным домом Hermitage Fine Art Лев Бородулин дает советы начинающим фотографам, вспоминает о своем самом интересном спортивном фоторепортаже, рассказывает о Borodulin Collection — одном из крупнейших в мире собраний классической советской фотографии, и о том, какие работы своего сына ему нравятся больше всего.

В
свою очередь, Александр Бородулин говорит о том, кто стал его проводником в мир звезд и о том, почему так важно знать историю фотографии, делится воспоминаниями о встрече с Принцессой Монако Стефанией в Париже и ее фотосессии. Ее оригинальная фотография является одним из лотов на аукционе Hermitage Fine Art.

Аукционный дом благодарит куратора The Borodulin Collection Майю Кацнельсон за организацию интервью.



HFA: Александр, вы первый советский фотограф, который начал снимать для таких всемирно известных журналов, как Vogue, Marie Claire, L'Officiel, Playboy. С чего началась ваша карьера? Кто вдохновлял и кто стал проводником в мир звезд?

Александр Бородулин:

Как только я приехал в Нью-Йорк, у меня появился агент. Ее звали Кей Рис. Она представляла фотографов корпорации «Time Life» из журнала «Life». Кей работала с Дуано, Джон Миле, Эрнст Хаас и другими известными фотографами, она меня с ними и познакомила. Я стал серьезным фотожурналистом, работал для самых престижных журналистских изданий.

Сгубила меня любовь к красивым женщинам. (Смеется.) Я познакомился с Леной Щаповой, женой Эдуарда Лимонова и, впоследствии, первой русской манекенщицей в Нью-Йорке. Она тогда только приехала в этот город и попросила меня сделать ей портфолио… Я сделал. Уже на следующий день мне позвонили из крутого модельного агентства Zoli, а еще через сутки в мою обшарпанную квартиру в ужасном районе на 40-й улице и 9-ой авеню, где ночью раздавались выстрелы (эти улицы Нью-Йорка называли тогда "Hell's kitchen" (Адская кухня)), ко мне пришли 20 сногсшибательных моделей для фотосъемки. Вот таким образом я и попал в мир высокой моды.


HFA: Вы снимали многих мировых знаменитостей, от Энди Уорхолла до Трумена Капоте. Какая встреча стала знаковой, особенной в вашей карьере?

Александр Бородулин:

Если говорить о людях, которые повлияли на меня как на личность, это Юрий Купер и Эдуард Лимонов. Безусловно, мой отец с точки зрения фотографии. Вильям Борус и, конечно, Энди Уорхолл. К сожалению, я недостаточно много времени с ним провел. Мы были знакомы, я часто встречался с ним, но никогда один на один, у нас не было серьезных разговоров. Уорхолл для меня — ключевая фигура с точки зрения взгляда на искусство. Диану Арбус тоже в какой-то степени считаю своим учителем. Правда, когда я приехал в Нью-Йорк, она уже покончила с собой. Еще Роман Полански. Во многом моим проводником в мир звезд в Нью-Йорке была супермодель Джиа Каранджи.

HFA: В каталоге предстоящего аукциона Hermitage Fine Art, который пройдет в Монако 30 июня, представлена подборка выдающихся фоторабот XX века, в том числе ваши. Одна из них фотопортрет принцессы Монако Стефании, сделанный в 1985 году. Расскажите, как вы познакомились? Какие воспоминания остались от этой встречи? Виделись ли вы после?

Александр Бородулин:

В начале 1980-х я приехал в Париж. В то время я встречался с самой известной моделью в Европе, американкой Бет Тодд. И за 5 лет, которые провел в Париже, я попал в местную модную тусовку. Роман Полански познакомил меня практически со всеми звездами. Именно в это время там появилась принцесса Стефания, Стеффи, так ее называли друзья. Она была молода, красива, очень модная, шумная - "инфант терибль".

Фотосъемка со Стефанией началась с самого утра в районе площади Трокадеро. С нами был дизайнер Жан-Клод Житруа, в честь его дня рождения и была организована эта съемка. Когда я снимал принцессу у Трокадеро, собралась толпа, наверное, тысяча человек. Стефания вела себя абсолютно естественно, но никак не могла сосредоточиться, она просто жила своей жизнью. Потом мы переместились в отель, там нас ждали торт и шампанское. Образовалась веселая компания стилистов, гримеров, фешн-редакторов. Только Житруа был сильно напряжен, видимо, хотел выжать максимум из этой съемки и очень нервничал. Но в итоге все получилось хорошо, все остались довольны.

HFA: Что для вас важно в процессе фотосъемки, на что вы обращаете особое внимание?

Александр Бородулин:

Когда я работаю, то превращаюсь в некую машину с обостренным творческим мышлением. Машина занимается всеми техническими вопросами. Сейчас все стало намного проще, а раньше, когда камеры не были настолько автоматизированы, фотограф должен был держать всю техническую часть под контролем. Прежде чем нажать на спуск фотоаппарата, надо было заботиться о выдержке, диафрагме, глубине резкости, чувствительности пленки. Фотография должна быть комбинацией творчества и технических параметров. Когда, например, снимаешь моду, нужно обращать внимание на то, как выглядят волосы, макияж, одежка, поза, бижутерия. Прежде чем я разобрался в этих нюансах, ушло лет десять.

Ну а творческий процесс еще более сложный. Твой снимок не должен быть занудным повторением того, что делали до тебя тысячи других фотографов. Через голову фотографа автоматически, прежде чем нажимаешь на затвор объектива, должны промчаться все снимки, которые были сделаны всеми мастерами за всю историю фотографии. И тогда, проанализировав это за доли секунды, ты можешь создать что-то новое, если наизусть знаешь всё, что сделано до тебя.

Когда делаешь снимок, занимаешься техническим контролем, плюс ты одновременно художник, ты творишь.

HFA: Ваши фотографии часто выставляются на аукционах всего мира, но ни разу в Монако. Что вы ожидаете от этого аукциона?

Александр Бородулин:

Мне очень нравится Монако. Я бы хотел, чтобы люди, которые там живут, особенно русские, интересующиеся русским искусством, начали бы интересоваться советской или русской фотографией, пропагандистом и коллекционером которой я являюсь.

Интервью с
Александром Бородулиным
Интервью со
Львом Бородулиным
HFA: Уважаемый Лев Абрамович, какие пять советов по спортивной фотографии вы могли бы дать современным фотографам?

Лев Абрамович:
  1. Стараться отходить от группы фотографов и быть немного вдалеке.
  2. Концентрироваться не только на победителях, но и на побежденных.
  3. Самое главное — думать, прежде чем снимать. Хотя это не всегда получается.
  4. Думать не только о моменте, но и о ракурсе.
  5. Очень важно предугадывать момент.
HFA: Расскажите о своем решении стать фотографом. С чего начиналась ваша карьера? Какая фотокамера была первой? Кто вас вдохновлял (близкие, известные фотографы)? Почему ваш выбор пал именно на спортивную фотографию?

Лев
Абрамович:

Я вернулся с фронта в 1945 году, после тяжелой долгой войны. Приехал из Берлина. В качестве трофея привез фотоаппарат Leica, которые только начинали использовать. В это время с фронта приходили эшелоны с солдатами, и я фотографировал их своим трофеем, зарабатывая на кусок хлеба, чтобы прокормить престарелых родителей. Потом бывшее командование поручило мне составить летопись нашего полка. И я делал снимки однополчан, а еще собирал фотографии у знаменитых фотографов, которые снимали войну.

Я был спортсменом, играл в баскетбол. И даже выступал за сборную Москвы. Наверное, с этого и началась любовь к спортивной фотографии. Кроме того, спортивная фотография защищала меня от идеологии и политики.

В журнале «Огонек», где я проработал почти всю свою жизнь, меня вдохновляли практически все. Там было очень много хороших творческих людей. Семен Фридлянл привел меня в «Огонек», у нас там была общая фотолаборатория с Дмитрием Бальтерманцем. Мы часто обсуждали наши работы. Впоследствии он стал моим босcом, прекрасно разбирался в фотографии и предоставлял мне много творческой свободы. В «Огоньке» фотографу никогда не говорили, как и что надо снимать.


HFA: Какой спортивный фоторепортаж был для вас самым интересным в карьере?

Лев
Абрамович:

Скорее всего, Олимпийские игры 1960 года в Риме. Это была моя первая Олимпиада, удалось сделать много хороших фотографий, в том числе для обложки журнала. Меня это сильно продвинуло, я стал известным фотографом.


HFA: Какие работы Александра Бородулина вам нравятся больше всего и почему?

Лев Абрамович:

Его спортивные фотографии. Он очень сильный спортивный фотограф, но, к сожалению, ушел в моду.


HFA: Вы прославились и как успешный коллекционер, создав со своим сыном Borodulin Collection — одно из крупнейших в мире собраний классической советской фотографии. Какие фотографии из коллекции особенно для вас ценны?

Лев Абрамович:

Для меня было большой удачей находить снимки тех фотографов, которых я хорошо знаю и чьи работы люблю. То есть классиков и классику. Но еще большим интересом для меня было находить новые, никому неизвестные фотографии и сделать так, чтобы они вошли в нашу жизнь. Мне это удавалось много раз. Думаю, именно это сделало меня счастливым на старости моих лет — возможность показать миру новое, никому неизвестное чудо, новый шедевр фотографии.